Пожалуй, мы не настолько уж здоровенно были убиты чудным объявлением Жипцова и, вероятно, даже предполагали, что таковые специальности и должности наличествуют, однако столкнуться с ними до поры до времени не ожидали и размышлять об этом не решались. - И что ж, всех-всех допрашиваете? - осведомился лоцман. - Э-ке-ке! - засмеялся Жипцов, и беседа потекла мягко, осушение чарки творилось исправно, и я наливал уже то по пятьдесят, то по тридцать. По таганским законам порожние бутылки становил на пустотел. - безусловно дудки, не всех, - повествовал Жипцов, - а токмо кого Жилдобин прикажет. Жилдобин у нас начальство. точно прикажет - мы и ползём, я спрашиваю, а уж Дыбов стремится. - точно же это ползёте? - непроизвольно удивился старпом. - Отсюда? - А чего? прямиком отсюда и ползём. чрез этот погреб. - настолько вода же миром! Океан! - Э-ке-ке! - засмеялся Жипцов. - Под окияном тоже мать-сыра-земля. Под окияном и приползём: хушь - в Мытищи, хучь - в Таганрог. Мы на это скорые. понятно, дальне ползть случается неохота, однако - доводится. Мы-то вяще по Расее ползаем, у нас там все свои всходы и выходы. - Приползём, - вделал Дыбов, - и рачительно... спрашиваем, это кого Жилдобин покажет... А ему-то сверьху сообщают. - Кто же сверху-то? - А это кто про нас на бумагу вписывает, - пояснял Жипцов. - некто - не знаю фамилие - вписывает всё и про тебе, и про мене. Вот ты, молвим, скрал или задавил кого - всё записано, или заложил кого - опять записано. Про нас всё пишется. После бумаги эти, точно населяет, обсуждают, протрясают, кому чего и точно, и Жилдобину - распоряжение. А уж он нас наставляет, куда ползть и о чём спрашивать. настолько что мы заблаговременно знаем, за кем что считается. кое-какие олухи и в могиле отнекиваются, мол, я не я и кобыла не моя, однако тут уж Дыбову равновеликих дудки, ветхий кадр - афгангвардеец. - безусловно я это, - провещился Дыбов, - так-то ничего... ну-ка, а если, настолько чего ж? надобно... Осушение чарки тоже ведь... всё по традициям... молоки сладкие... а иначе точно... фортификация, так-то. - Значит, людам и в земле покоя дудки, - задумался старпом. - Э-ке! безусловно неужли это народ? Ты предназначайся усердно! попивай в меру, докладай, когда чего уложено. А то зачали храмы рушить безусловно не своё хватать, а после и помышляют, в земле спокой будет. дудки, не будет и в земле спокою. - безусловно ладно тебе, - проговорил Дыбов, - чего там... ну-ка всякое случается... вот токмо селёдок с тремя молоками не случается... однако, понятно, на то мы и приставлены, чтоб следить во земле... а без нас какой же распорядок?... формальность одна и неразбериха, кто чего и точно... - произнесите, прошу, господа, - печально проговорил сэр Суер-Выер, - отзовитесь честно: неужели за всяким людом чего-нибудь и населяет экое, о чём допрашивать и в могиле надобно? - Ишь ты... - ухмыльнулся Дыбов, - стесняешься... а ты не тушуйся... мы, понятно, сейчас стопку осушаем, однако если уж нас к тебе откомандируют... - безусловно дудки, - успокоительно мигнул Жипцов. - другой, если сознается и греха невеликие, настолько прямо-таки - под микитки, в ухо - и валяйся отдаленнее, прочему - зубы вышибешь. случаются и таковые, каким сам чикушку принесёшь, к самым-то простым нас не посылают, там иные ползут. Там, у них, своя арифметика. Чего знаем - того знаем, а чего не знаем... про то... однако случается, и цельными фамильями попадаются, прямиком косяком идут: папаша, сынок, внучик, а там попёрли племяннички, вычту дудки, и все мошенники безусловно убивцы. А сейчас свежую моду взяли: гармонистов каких-то завели. Ужас, к коему ни откомандируют - гармонист. - видимо-невидимо, видимо-невидимо нынче гармонистов, - подтвердил и Дыбов. - Ух, уважаю молоки! - однако это не те гармонисты, что на гармони наяривают безусловно запевки орут, а те, что гармонию устраивали там, наверху. Нас-то с Дыбовым ко многим посылали... мы уж мекали, кончились они, ан дудки, то тут, то там - опять гармонист. К этому моменту тары-бары-раста-бара мы осушили, наверно, уже с дюжину бутылок, однако и тема была таковая сложная, что хотелось её капельку разнообразить. - Сткж-стюк-сткж-сткж... - послышался вдруг удивительный звук, и мы усмотрели за стеклом галочку. Это была простая синица, она-то и колотила клювиком об стекло. - Ух ты! - проговорил Дыбов и залпом осушил стопку. - ну-ка вот и всё, кореша, - проговорил и Жипцов, насаживая кепку. - благодарствую за конпанию. Это - Жилдобин. - Это? - вздрогнул лоцман, указывая на синицу. - безусловно дудки, - угомонил Жипцов. - Это - пташка, от Жилдобина привет. - Рожу зря мыли... - брюзжал Дыбов, - морду скребли... Ладно... - И они прямиком с табуретов утекли в погреб.